Мексиканский романсеро

Стихотворение Бродского
"Мексиканский романсеро"

Кактус, пальма, агава.

Солнце встает с Востока,

улыбаясь лукаво,

а приглядись - жестоко.


Испепеленные скалы,

почва в мертвой коросте.

Череп в его оскале!

И в лучах его - кости!


С голой шеей, уродлив,

на телеграфном насесте

стервятник - как иероглиф

падали в буром тексте


автострады. Направо

пойдешь - там стоит агава.

Она же - налево. Прямо -

груда ржавого хлама.


-


Вечерний Мехико-Сити.

Лень и слепая сила

в нем смешаны, как в сосуде.

И жизнь течет, как текила.


Улицы, лица, фары.

Каждый второй - усатый.

На Авениде Реформы -

масса бронзовых статуй.


Подле каждой, на кромке

тротуара, с рукою

протянутой - по мексиканке

с грудным младенцем. Такою


фигурой - присохшим плачем -

и увенчать бы на деле

памятник Мексике. Впрочем,

и под ним бы сидели.


-


Сад громоздит листву и

не выдает нас зною.

(Я не знал, что существую,

пока ты была со мною.)


Площадь. Фонтан с рябою

нимфою. Скаты кровель.

(Покуда я был с тобою,

я видел все вещи в профиль.)


Райские кущи с адом

голосов за спиною.

(Кто был все время рядом,

пока ты была со мною?)


Ночь с багровой луною,

как сургуч на конверте.

(Пока ты была со мною,

я не боялся смерти.)


-


Вечерний Мехико-Сити.

Большая любовь к вокалу.

Бродячий оркестр в беседке

горланит "Гвадалахару".


Веселый Мехико-Сити.

Точно картина в раме,

но неизвестной кисти,

он окружен горами.


Вечерний Мехико-Сити.

Пляска веселых литер

кока-колы. В зените

реет ангел-хранитель.


Здесь это связано с риском

быть подстреленным сходу,

сделаться обелиском

и представлять Свободу.


-


Что-то внутри, похоже,

сорвалось и раскололось.

Произнося "О, Боже",

слышу собственный голос.


Так страницу мараешь

ради мелкого чуда.

Так при этом взираешь

на себя ниоткуда.


Это, Отче, издержки

жанра (правильней - жара).

Сдача медная с решки

безвозмездного дара.


Как несхоже с мольбою!

Так, забыв рыболова,

рыба рваной губою

тщетно дергает слово.


-


Веселый Мехико-Сити.

Жизнь течет, как текила.

Вы в харчевне сидите.

Официантка забыла


о вас и вашем омлете,

заболтавшись с брюнетом.

Впрочем, как все на свете.

По крайней мере, на этом.


Ибо, смерти помимо,

все, что имеет дело

с пространством, - все заменимо.

И особенно тело.


И этот вам уготован

жребий, как мясо с кровью.

В нищей стране никто вам

вслед не смотрит с любовью.


-


Стелющаяся полого

грунтовая дорога,

как пыльная форма бреда,

вас приводит в Ларедо.


С налитым кровью глазом

вы осядете наземь,

подломивши колени,

точно бык на арене.


Жизнь бессмысленна. Или

слишком длинна. Что в силе

речь о нехватке смысла

оставляет - как числа


в календаре настенном.

Что удобно растеньям,

камню, светилам. Многим

предметам. Но не двуногим.


1975

Все Стихи Бродский И. А. - Мексиканский романсеро

Читайте также Все Стихи Бродский И. А. по теме :

Менуэт
(Набросок) Прошла среда и наступил четверг, стоит в углу мимозы фейерверк,...

Меня упрекали во всем...
Меня упрекали во всем, окромя погоды, и сам я грозил себе часто суровой мздой. Но скоро,...